Гид по Беларуси: идеи для ваших путешествий!

Что посмотреть в Воложине и окрестностях: ансамбль графской резиденции, храм в стиле античного, "Оксфорд" для раввинов и чудеса древней пущи, где гуляют потомки исчезнувших лошадей

Город на холмах у реки Воложинки стал… "Беларусью в миниатюре" – местом пересечения исторических маршрутов, переплетения национальных культур и конфессий, соединения многих идей, но обязательного стремления к миролюбию. С XVII столетия здесь проходил важный торговый путь между Минском и Вильной, а в XIX веке Воложин превратился в самый влиятельный центр еврейской учености, давший миру известных раввинов и писателей, общественных деятелей и политиков. Город сохранил прекрасные здания времен аристократов, и до наших дней архитектурный ансамбль в центре Воложина является одним из наиболее цельных образцов классицизма в стране. Главные природные сокровища воложинского края – древняя Налибокская пуща и энергичная река Ислочь – также привлекают сюда путешественников со всего мира.

Первые письменные упоминания о Воложине встречаются в конце XIV века в немецких хрониках. Крестоносцы, которые проходили через поселение, называли его Флосшейн, или Влошин, что в переводе означало "лесосплав", "плот".

Сохранилось несколько легенд, как город получил такое название. Согласно самой романтичной версии, когда-то в здешних местах жил юноша Янка – сильный, смелый, отзывчивый и всем помогающий, за что жители называли его волат (рус. богатырь). Женившись на своей возлюбленной, он возвел дом на холме, но счастье было недолгим: супруга тяжело заболела и умерла. Волат потерял вкус к жизни, зачах и вскоре сам ушел в мир иной. А люди заметили, что на месте, где он жил, стали расти травы, помогающие излечиться от разных болезней. И когда молва о целебных растениях начала разлетаться, на вопрос, откуда травы, местные отвечали: с холма, где "волат жил". Сочетание этих слов и превратилось в название.

Еще одна легенда рассказывает, что в давние времена перегонщики волов устраивали на берегу здешней реки привал. А когда надо было отправляться в путь, громко кричали: "Волы, жень!", где "жень" означало "идти". Такой клич тоже мог трансформироваться в "Воложин"…

Более рациональная версия объясняет название города словом "волога", что обозначало переувлажненное низинное место.

Во времена ВКЛ в 1407 году великий князь Витовт выдал привилей на владение Воложином старосте виленскому Войцеху Манивидовичу. После смерти Витовта, когда развернулась изнурительная и кровопролитная борьба за великокняжеский титул между Свидригайло (младшим братом короля Ягайло) и Сигизмундом (младшим братом Витовта), городом правили князья Воложинские. В "Хронике Быховца" повествовалось, как виленский воевода Ян Гаштольд, "направляясь к князю Сигизмунду, заехал на пир к князьям Воложинским... И когда он находился в Воложине, пришла весть о смерти великого князя Сигизмунда, и Гаштольд поспешил в Гольшаны к князю Юрию Семеновичу Гольшанскому".

Позже с Воложином были связаны наиболее известные династии ВКЛ, Речи Посполитой и Российской империи: Радзивиллы, Слушки, Понятовские, Чарторыйские. В 1803 году владельцем города стал граф Юзеф (Иосиф) Игнаций Тышкевич, благодаря которому в Воложине начались большие перемены.

В центре города в 1803–1806 годах вырос восхитительный дворцово-парковый ансамбль, включающий графскую резиденцию, огромную оранжерею для экзотических растений, сопутствующие постройки. К 1816 году рядом с дворцом вместо сгоревшего деревянного храма появился новый каменный костел Святого Иосифа (Юзефа). До сих пор эта застройка является не только архитектурной жемчужиной Воложина, но и одним из самых цельных из сохранившихся в стране градостроительных ансамблей в стиле классицизма начала ХIX века.

В первой половине XIX века Воложин был известен как центр торговли сельскохозяйственным сырьем и продукцией. Кстати, фрукты из графской оранжереи и теплиц продавались не только внутри страны, но и экспортировались, принося немалую прибыль. Также в городе действовали лесопильный завод, мукомольное производство, процветали промыслы по изготовлению тканей, одежды, обуви, посуды.

По-настоящему всемирную славу Воложину принесла иешива (ешибот), которая действовала в 1803–1896 годах, а де-факто до 1939 года. Это было не только первое, но и самое крупное высшее духовное еврейское учебное заведение в Восточной Европе и мире. Ее называли "матерью иешив" ("Эм Ха-Ешивот"), образцом для других центров еврейского образования. О качестве обучения говорит и тот факт, что 37 выпускников Воложинской иешивы в разное время и в разных странах занимали пост главного раввина.

К концу XIX века население Воложина составляло чуть более 4,5 тыс. жителей, и почти 90% из них были евреи.

Первая половина ХХ века в истории города, как и всей страны, была драматичной. В феврале-декабре 1918-го Воложин оказался под оккупацией кайзеровских войск. Согласно Рижскому мирному договору, с 1921 года по сентябрь 1939 года воложинский край находился в составе Польши, а недалеко от местечка Раков пролегала советско-польская граница. 17 сентября 1939-го территория Воложинщины вернулась в состав БССР.

Великая Отечественная война пришла на эту землю уже 25-26 июня 1941 года. Очень скоро Воложинщина, где сохранились обширные массивы древней Налибокской пущи, стала одной из крупнейших партизанских зон. В лесах района действовали партизанские бригады имени Фрунзе, имени Чкалова, имени Щорса, "За Советскую Беларусь" и другие. Здесь размещалось руководство партизанского движения Барановичской области, Воложинский и Ивенецкий подпольные райкомы партии и комсомола.

На оккупированной территории немцы ввели свой жестокий порядок с непомерными натуральными и денежными налогами, тяжелыми принудительными работами. В Воложине, Ракове, Вишнево, Забрезье и Ивенце были созданы местные концлагеря и еврейские гетто, где зверски убивали местных жителей и пленных. Только в самом Воложине существовало 4 места массового уничтожения людей разных национальностей: евреев, белорусов, поляков, русских… В том числе были расстреляны последние студенты и преподаватели Воложинской иешивы.

Освободили город от немецко-фашистских захватчиков 5 июля 1944 года.

Сегодня Воложин и окрестности – одна из интереснейших туристических дестинаций Беларуси: богатое и многогранное наследие привлекает сюда поклонников ностальгического, паломнического, активного, экологического и других видов туризма. На протяжении длительного времени это был крупный центр еврейской культуры, духовной и политической мысли, прогрессивных идей, которые культивировались на белорусской земле, а затем распространялись в других странах. Безусловно, во многом благодаря преподавателям и выпускникам знаменитой иешивы, среди которых – "отец современного иврита" Элиэзер Бен-Йехуда, один из основателей религиозного сионизма Шмуэль Могилевер, историк и политик Бен-Цион Динур, известный предприниматель и меценат Российской империи Вульф Высоцкий... При этом были и яркие уроженцы, которые не учились в "еврейском Оксфорде", но тоже вписали свои имена в мировую историю.

В Вишнево на Воложинщине родился и провел детство известный государственный деятель Израиля Шимон Перес – дважды премьер-министр, президент, лауреат Нобелевской премии мира… Из Ракова эмигрировала в Америку Ида Розенталь, разработки которой используют ежедневно многие женщины планеты. С Воложинщиной связаны такие выдающиеся личности, как гуманист и просветитель Сымон Будный, писатель Винцент Дунин-Марцинкевич, художник Фердинанд Рущиц и многие другие.

Воложинская земля восхищает путешественников архитектурными памятниками, среди которых есть редкие и уникальные для Беларуси, природными сокровищами древней Налибокской пущи и живописно-энергичной рекой Ислочь, ставшей "хитом" водного туризма в стране.

Дворцово-парковый ансамбль Тышкевичей

Архитектурная жемчужина Воложина – ансамбль бывшей резиденции Тышкевичей, которые стали последними титулованными хозяевами города. По свидетельствам современников, в Европе насчитывалось 99 усадеб, принадлежавших различным ветвям этого графского рода. Воложинскими землями они владели до осени 1939-го: более 130 лет здесь кипела насыщенная светская жизнь.

…В 1803 году Воложин был куплен у князя Адама Чарторыйского за 100 тыс. злотых. И новый хозяин – граф Иосиф Тышкевич – буквально вдохнул в него новую жизнь. В 1803–1806 годах на старой замковой горе по проекту архитектора Августа Косаковского вырос дворцовый ансамбль в стиле классицизма.

Графская резиденция объединила сам дворец – так называемую "официну", где проходили светские рауты и официальные приемы, стоящий напротив и практически идентичный ему жилой дворец-флигель, а также огромную оранжерею. Эти сооружения образовывали парадный двор. Кстати, в том, что дворец и флигель были почти близнецами, проявилось редкое для Беларуси своеобразие этого ансамбля.

Разумеется, интерьеры были роскошны: белоснежные печи, паркет из ценных пород дерева, прекрасные люстры, великолепная мебель… Здесь находилась большая коллекция нумизматики, военного оружия, китайских и японских ваз. Восхищала и картинная галерея Тышкевичей c фамильными портретами и полотнами выдающихся зарубежных мастеров. К сожалению, все значимые ценности вывезли из дворца до Первой мировой войны.

Особой гордостью были графская оранжерея, теплицы и питомники. Оранжерея представляла собой включенное в парадный двор огромное здание, центральный объем которого завершался куполом. До Первой мировой здесь росли большие апельсиновые деревья, пальмы и другие тропические растения. За оранжереей тянулись стеклянные теплицы, далее располагались питомники, окруженные фруктовым садом. Лучшие специалисты выращивали в Воложине апельсины, персики, ананасы и другие экзотические фрукты, которые поставлялись в европейские рестораны, принося хозяевам весомый доход. И конечно, все гости могли насладиться фруктовыми десертами, которые подавали к графскому столу.

До наших дней сохранились также фрагменты пейзажного парка Тышкевичей. В давние времена он начинался сразу за дворцом и по западному склону холма спускался к реке Воложинке пятью террасами, уцелевшими от "итальянского сада", который был заложен еще в ХVІІ веке. С парковых террас открывался восхитительный вид на окрестные ландшафты. А вдалеке изумрудной полосой виднелась Налибокская пуща, в глубине которой находилось еще одно владение Тышкевичей – неоренессансная летняя резиденция со зверинцем и охотничьим хозяйством.

Сегодня в дворцовых зданиях Воложина работают отдел милиции и другие учреждения города.

В бывшей оранжерее Тышкевичей в 2026 году начинается реставрация. Согласно проекту, после обновления сюда переедут Воложинский краеведческий музей и отдел ЗАГС. Будет создана и новая экспозиция, посвященная роду, который внес столь значительный вклад в развитие Воложина и всего края.

Где: пл. Свободы, 17

8-метровый Богатырь

Рядом со зданием дворца в центре города в 2025 году появился арт-объект "Богатырь". Он символизирует силу и дух белорусской земли, напоминает легенду о добром волате (рус. богатырь) и возникновении названия Воложин. Для жителей и гостей этот металлический воин стал достопримечательностью, где можно сделать фото и погрузиться в историческую атмосферу.

Костел Святого Иосифа

В одно время с графским дворцом в Воложине был построен величественный храм. И вместе с резиденцией он составил гармоничный ансамбль, который в наши дни является одним из лучших образцов классицизма на территории Беларуси.

Костел Святого Иосифа напоминает античный храм – строгими формами классической архитектуры Древней Греции, внушительным объемом, высоким шестиколонным портиком. Известный поэт и краевед ХІХ века Владислав Сырокомля написал о нем: "Над приземистым местечком, которое, кажется, пало на колени перед величием костела, светят чудесные "муры" храма. Эта святыня во вкусе ХVІІІ столетия, когда карандашом архитектора руководила не набожность, а увлечение греческой красотой".

Строительство велось в 1806–1816 годах, и изначально каменный костел рос рядом с деревянным храмом, заложенным еще в конце ХVІІ века при бернардинском монастыре. Однако в 1815 году, когда работы подходили к завершению, старый деревянный костел сгорел. Этот год стал последним и для фундатора строительства – самого графа Иосифа Тышкевича, которого похоронили здесь же в усыпальнице под хорами нового храма.

Мощный фундамент костела сложен из валунов. Главный фасад подчеркнут скульптурным шестиколонным портиком, под ним – четыре полукруглые арочные ниши, где раньше находились гипсовые статуи евангелистов. На треугольном фронтоне – изображение "всевидящего ока". Этот характерный для классицизма элемент связывают с масонским влиянием времен Тышкевичей, хотя у знака более древняя христианская история, где треугольник символизировал Троицу, а глаз – всевидящее око провидения.

В 1830 году рядом с костелом была построена изысканная брама-звонница, повторяющая его архитектурную форму: трехпролетное сооружение увенчано фронтоном, а в арки помещены три бронзовых колокола.

После событий 1863-1864 гг. костел закрыли и переосвятили в православную церковь. В 1921-м, когда Воложин входил в состав Польши, храм вернули католикам. В годы Великой Отечественной войны его настоятель был расстрелян за связь с партизанами, а сам храм сильно обезображен. С советские десятилетия здание использовалось как производственное помещение, склад. Лишь в конце XX века храм возвращен верующим и после реставрации вновь стал действующим.

В старые времена в стену костела была вмурована надмогильная плита с описанием должностей и заслуг графа Иосифа Тышкевича. После возвращения храма верующим уцелевшие в крипте останки монахов и представителей рода Тышкевичей были перезахоронены.

Интересно также, что среди местных жителей пересказывались истории о подземных ходах, прорытых в бытность Тышкевичей. Они утверждали, что под Воложином был настоящий подземный лабиринт: тоннели связывали графский дворец, костел, православный храм, иешиву, вели к реке Воложинке. Вероятно, они могли служить укрытием и в случае опасностей.

Где: пл. Свободы, 2

Воложинская иешива

В XIX веке белорусский Воложин, без преувеличения, стал глобальным центром еврейской мысли и образования. Именно здесь была основана "мать всех иешив" – первое и крупнейшее высшее иудейское духовное училище в Восточной Европе. Его называли "еврейским Оксфордом" за академический размах и влияние, которое ощущалось от Иерусалима до Нью-Йорка. Фраза "такой умный, как раввин из Воложина" была высшей похвалой того времени. Глава Воложинской иешивы считался самым авторитетным законоучителем еврейского мира: к нему обращались представители из многих общин за советом по разрешению спорных вопросов.

Все началось в 1803 году, когда Хаим бен Ицхак (Хаим Воложинер) – деятельный раввин и мыслитель, выдающийся ученик Виленского гаона Элияху бен Шломо Залмана – основал иешиву в родном Воложине. Идею поддержал владелец местечка граф Иосиф Тышкевич: он бесплатно выделил место под строительство и оказал финансовую помощь. В 1806 году на пожертвования членов еврейских общин было возведено новое здание, в котором появились места для ночного отдыха студентов, столовая.

Как говорил сам Хаим Воложинер, он "создал свою ешиву для сына Ицхака, чтобы вырастить и воспитать его в наиболее благоприятной атмосфере познания Торы". Ради сына взялся обучать еще нескольких талантливых юношей. И не просто давал образование, но формировал характер будущих духовных лидеров, сочетая глубокое знание Талмуда с этикой и дебатами.

Расцвет иешивы пришелся на вторую половину XIX века: до 400 студентов ежегодно съезжались сюда из Российской империи, стран Западной Европы, Северной Америки. Знатные семьи отсылали сыновей именно в Воложин – репутация была безупречной. Впоследствии 37 выпускников стали главными раввинами в Иерусалиме, Москве, Брест-Литовске и других городах по всему миру. Но многие добились известности и как писатели, предприниматели, деятели различных направлений сионизма. Например, в 1891 г. на холме рядом с иешивой написал свое первое стихотворение "К ласточке" 18-летний Хаим Нахман Бялик – в будущем один из ярчайщих национальных поэтов ХХ столетия и создателей современного иврита, "еврейский Пушкин".

…После пожара 1865 года иешива пережила реконструкцию. Крупный пожар случился и в 1886-м, поэтому с 1887 года руководитель иешивы Нафтали Цви Берлин начал сбор средств на восстановление. Пожертвования делали иудеи из России и Европы: в результате иешива стала масштабным центром с комплексом зданий. Она была самой крупной в Европе.

Однако дальнейшая судьба Воложинской иешивы была драматичной. В 1892 году власти объявили о ее закрытии, главу и учащихся выслали. Через несколько лет было разрешено проводить здесь молитвы, и иешива возобновила деятельность, но в ХХ веке периоды работы чередовались с запретами, когда заведение действовало неофициально. Во время фашистской оккупации 64 студента и глава иешивы были расстреляны – молитвы умолкли здесь навсегда. Также и каменное здание в годы Великой Отечественной войны было сильно повреждено, уцелели лишь стены.

В мирное время строение восстановили, но на протяжении многих десятилетий здесь располагались столовая, ресторан, кулинария…. Лишь в ХХI веке началось возрождение этого уникального для Беларуси объекта. Масштабная реставрация, которая завершилась в 2024 году, позволила сохранить исторический облик иешивы и вновь наполнить ее важным духовным содержанием.

Здание, где когда-то молодые иудеи изучали Тору, превратилось в историко-культурный центр, рассказывающий о богатом прошлом этого места. Внутри разместились экспозиционный и лекционный залы, музей, где можно познакомиться с историей учебного заведения, узнать о судьбах выпускников, увидеть редкие книги, предметы религиозного облачения. Есть также кухня для приготовления кошерной пищи, гостиничные номера для желающих остановиться в Воложине или заняться изучением Торы.

Перед началом восстановительных работ специалисты собирали архивные материалы в Минске, Москве, Вильнюсе, Варшаве и Израиле. Проводились археологические исследования места.

Сегодня в исторической иешиве Воложина проходят и еврейские обряды, например, церемонии совершеннолетия (бар-мицвы), подписания брачного договора – ктубы. Духовная атмосфера, религиозные символы, национальные костюмы, живая музыка и танцы – прошлое и современность здесь соединяются, чтобы традиции продолжались.

Воложинская иешива – часть богатой истории еврейского народа – является местом паломничества и туристической достопримечательностью. Недалеко от нее на городском еврейском кладбище, которое существует уже более трех веков, сохранилась могила основателя иешивы – Хаима Воложинера.

Символично, что в наши дни в израильском городе Бней-Брак существует иешива, которая также называется Воложинская. Тысячи учеников изучают там Тору и Талмуд, и по-прежнему, как столетия назад, кипят дебаты о толковании священных книг.

Где: ул. Кирова, 2Б

Церковь Святых Константина и Елены

Чуть поодаль от центра Воложина возвышается "Синяя церковь" – храм Святых Константина и Елены, получивший свое народное название от традиционного небесного цвета стен. Этот памятник деревянного зодчества XIX века пережил бури двух мировых войн, советский и даже попытку сноса под детский сад в 1960-х. А сегодня звон его пяти колоколов – от "крошечного" весом 25 кг до могучего в 380 кг – по-прежнему зовет прихожан и завораживает гостей города.

Строительство началось в 1856 году по инициативе местного священника и длилось десять лет – до освящения 18 июля 1866-го епископом Александром Ковенским в честь Святых Равноапостольных Константина и Елены. Храм стал важным религиозным и социальным центром города. В 1875 году при нем открылась богадельня для неимущих на пожертвования прихожан, а в 1883-м – в здании бывшей богадельни начала работать церковно-приходская школа для детей и взрослых. Во время Первой мировой войны сгорела "матерь воложинских церквей" – храм Святой Параскевы, а Синяя церковь устояла. В Великую Отечественную она тоже чудом избежала разрушений, в советские годы осталась единственной действующей в городе.

Церковь – яркий памятник деревянного зодчества в ретроспективно-русском стиле ("муравьевка"), с чертами классицизма и народных традиций. На момент постройки это было самое крупное среди деревянных сооружений в Беларуси. Крестообразный план, центральный сруб с шатровой крышей на восьмигранном барабане, двухъярусная колокольня на фасаде – все это создает легкий, устремленный ввысь силуэт. Стены обшиты горизонтальными досками, арочные окна наполняют храм мягким светом. Внутри – простота и строгость: восьмигранный свод над центром, плоские потолки в боковых приделах и алтаре, двухъярусный иконостас с десятью иконами, стены со скромными фресками.

Где: ул. Советская, 70

Улица Горького: приграничный модерн и "тени" войны

Воложинская улица Горького примечательна историей, уходящей в 20-40-е годы ХХ века.

После Рижского мирного договора 1921 года, когда Воложин оказался под юрисдикцией Польской Республики в приграничье с БССР, на окраине города началось строительство зданий для учреждений новой местной власти и проживания служащих. Сначала выросли шесть двухэтажных домов, пять из которых стали жилыми. Поэтому и сама улица получила говорящее название "Домики" ("Дамкі"). Также в одном из зданий разместился полицейский участок, а напротив была построена тюрьма.

Архитектура квартала представляла собой популярный в этот период закопанский стиль, соединивший элементы модерна, неоклассики и народного польского зодчества. Подобные проекты домов использовались в разных регионах Польши и присоединенной Западной Беларуси. Застройка в Воложине сочетала "негромкую" красоту с функциональностью.

Драматичные события происходили на этой улице в годы Второй мировой войны. Во время немецко-фашистской оккупации ряд зданий заняло гестапо… В 1944 году, когда Советская Армия стремительно наступала, гитлеровцы не успевали эвакуировать свои архивы и сожгли их вместе с домами-"свидетелями". Кирпичные постройки огонь выдержали, но со временем все равно пришли в негодность и были снесены.

До наших дней уцелело всего одно кирпичное здание – двухэтажный особняк, который выделялся колоннами, красивой парадной лестницей и мансардной крышей. Когда-то здесь жил местный староста (бургомистр) со своей семьей, а в настоящее время располагается Воложинский краеведческий музей. Однако известно, что после завершения реставрации здания бывшей оранжереи Тышкевичей музей переедет в новые помещения.

Из старых деревянных домов, особенностью которых были козырьки-треугольники на бетонных колоннах у крыльца, также остался лишь один. В послевоенные десятилетия здесь долгое время находился детский сад, а после реконструкции разместилось общежитие.

Воложинский краеведческий музей

Воложинский краеведческий музей, основанный в 2000 году, открылся для посетителей в феврале 2006-го. Экспозиция разместилась в сохранившемся доме 1926 года постройки. В межвоенный период до 1939 года здесь проживала семья воложинского старосты, или бургомистра. Позже в здании располагались разные учреждения, пока оно не перевоплотилось в музей.

Дом со стенами толщиной в 1 метр построен на возвышении. Прямоугольное в плане двухэтажное здание накрыто высокой мансардной крышей. В давние времена в доме было три входа. Парадный вел прямо в большой зал, состоящий из трех частей с раздвижными узорчатыми дверями: когда хозяин устраивал приемы, они распахивались, образуя единое пространство. Сегодня на месте прежнего парадного входа – окно, а крыльцо стало полукруглым балконом с ограждением и боковыми ступенями.

Помимо бального зала на первом этаже располагались кухня, столовая и помещения для прислуги. Винтовая лестница вела на второй этаж, где находились спальни и гостиные.

Под домом был разделенный на несколько помещений подвал с продуманной системой вентиляции, благодаря которой здесь хорошо сохранялись продукты питания, овощи. Особняк окружали клумбы, газон, декоративные кустарники.

Краеведческий музей Воложина рассказывает о богатой истории и ярком наследии этой земли. Среди постоянных экспозиций: "Есть улицы Центральные…", "Геноцид – наша память и боль…", "Бенедикт Тышкевич – фотохудожник из Налибокской пущи", "Мотивы белорусского дома", "Природа и экология". В коллекции представлены редкие экспонаты, такие как стекло Налибокской мануфактуры XVII века, монеты IX века, предметы военной тематики.

Тема природы и экологии является для музея особенно значимой. На территории района находится Налибокская пуща – один из древнейших белорусских лесов, который сохранился в своих средневековых границах и сейчас является национальным богатством страны. При этом Воложинский район был одним из наиболее пострадавших на территории Минской области от Чернобыльской катастрофы, в том числе радиоактивные пятна затронули и некоторые места пущи.

Музей ведет активную эколого-просветительскую работу. Также для гостей Воложинщины разработаны экскурсионные маршруты, которые охватывают территорию всего района: "Воложин – история и современность", "Путешествие по Налибокской пуще", "По местам Фердинанда Рущица" и др.

Где: ул. Горького, 9

Налибокская пуща: самый крупный лес Беларуси, память о "партизанском Иерусалиме" и коники из прошлых веков

Столетия назад на территории Великого княжества Литовского и Речи Посполитой большие непроходимые леса называли пущами, и до сих пор это слово напоминает о природном богатстве и древнем прошлом таких мест. В разные исторические эпохи на землях Беларуси существовало до 100 крупных лесных массивов – пущ.

Самая большая по площади пуща в мире – знаменитая Беловежская (3086 км²): это наиболее крупный остаток реликтового первобытного равнинного леса, который, как полагают ученые, в доисторические времена произрастал в Европе. Сегодня она расположена на территории двух стран – Беларуси и Польши, и является объектом Списка всемирного природного и культурного наследия ЮНЕСКО.

А самый большой лес в пределах Беларуси и один из крупнейших в Восточной Европе – Налибокская пуща: по разным методикам определения границ ее площадь составляет от 1,5 до 2,0 тыс. км².

В наше время Налибокская пуща охватывает территории Воложинского и Столбцовского районов Минской области, а также Новогрудского, Кореличского и Ивьевского районов Гродненской области. Это уникальный в историческом и культурном отношении регион Беларуси, где переплелись славянские, балтские и европейские традиции. Кроме того, Налибокская пуща – легендарный охотничий и партизанский край.

В годы фашистской оккупации Беларуси в этом лесу действовал уникальный в своем роде еврейский партизанский отряд, организованный четырьмя братьями Бельскими, которые жили рядом с пущей недалеко от Новогрудка. Это был крупнейший за всю Вторую мировую войну отряд еврейских партизан. Считается, что его максимальная численность составляла 1300 человек, но в вооруженной борьбе с немцами принимали участие чуть более 150: подрывники отряда Бельских слыли лучшими диверсантами. Остальные – старики, женщины и дети – жили в укромных уголках Налибокской пущи, спасаясь от нацистского террора. "Лесной Иерусалим" был похож на городок с улицами из землянок, центром, оборудованными местами для всего необходимого. В пристанище отряда действовали пекарня, баня, лазарет, школа, кузница, кожевенная мастерская, синагога и даже суд. И, конечно, жили люди разных специальностей, которые налаживали быт. Кто-то шил партизанам шапки и верхнюю одежду, кто-то пек хлеб. Нередко специалистов из отряда Бельских направляли в другие партизанские подразделения, если там нуждались в помощи врача, кузнеца или другого умельца. Благодаря отряду Бельских 1230 евреев были спасены от уничтожения… О событиях тех лет и уникальном еврейском отряде в Налибокской пуще снят голливудский фильм "Вызов" с Дэниэлэм Крейгом в роли командира Тувьи Бельского.

Сегодня Налибокская пуща славится как природная сокровищница Беларуси, популярное место экотуризма. Для охраны территории здесь создан республиканский ландшафтный заказник "Налибокский". Гостям предлагают экскурсии по экотропам, велосипедные прогулки или сафари-туры на квадроциклах, в рамках которых можно увидеть крупнейший в стране табун диких лошадей и питомник тетеревиных птиц.

Дикие лошади тарпаны когда-то были исконными обитателями Налибокской пущи и других белорусских лесов. Как крупные травоядные, они были необычайно ценными представителями фауны, участвующими в поддержании и сохранении экосистем. Но к концу XIX столетия этот подвид истребили во всем мире: остались лишь смешанные потомки. В начале XX века по схожему фенотипу популяцию диких лошадей возродили в Европе, хотя генетически это уже были не первобытные тарпаны… В 2019 году тарпановидные лошади породы коник были привезены из Нидерландов в Беларусь – именно в заказник "Налибокский". Популяция начала увеличиваться и расселяться по стране: сейчас эти копытные обитают также в заказнике "Споровский" и Беловежской пуще.

Руины дворца охотников в урочище Вялое

В недрах Налибокской пущи сохранились руины еще одного старинного аристократического владения – двухэтажного здания охотничьего дворца графов Тышкевичей. Во второй половине XIX века недалеко от деревни Белокорец в урочище Вялое проводились знатные охоты – преимущественно на дикого кабана с большими клыками, на волка и глухаря.

Граф Бенедикт Генрих Тышкевич был и азартным охотником, и страстным путешественником, и увлеченным коллекционером, и талантливым фотохудожником – пионером белорусской фотографии. В урочище Вялое маэстро открыл свою личную фотолабораторию, где были обустроены интерьерные павильоны, портретная студия. Граф Тышкевич любил снимать природу, животных, быт обычных людей. В объективе часто оказывались крестьяне, для которых он заказывал костюмы и делал колоритные постановочные кадры. Эти фотоработы были широко представлены в салонах Варшавы и Парижа, отражали традиции местных жителей. Женские образы создавала и дочь графа. Часть снимков, уцелевших после Первой мировой войны, хранится в музее французского города Шалон-сюр-Сон. 86 авторских работ Бенедикта Тышкевича со сценами сельской жизни и из путешествий графа в 1993 году обнаружены у антиквара из парижского квартала Сен-Уан.

Сын Бенедикта Генриха Тышкевича также был влюблен в этот уголок Налибокской пущи и часто посещал урочище Вялое. Он достроил каменный дворец охотников, остатки которого дошли до наших дней, возвел новые хозяйственные постройки. А еще рядом с урочищем Вялое Бенедикт Ян Тышкевич создал первый на территории Беларуси зверинец – площадью более 400 гектаров! В нем жили лоси, олени, в том числе пятнистые, медведи и еще многие представители фауны. В урочище был устроен пейзажный парк с редкими деревьями и кустарниками.

Хозяином этих мест Бенедикт Ян Тышкевич оставался вплоть до 1939 года, однако навсегда покинул Вялое еще в 1915-м. Во время Первой мировой войны зверинец сильно пострадал от браконьеров, а по северной его границе русская армия копала оборонительные траншеи. По этой причине в августе 1915 года граф убил последнего лося и уехал. После войны польские власти пытались восстановить зверинец – кроме оленей начали разводить бобров и фазанов.

Во время Второй мировой войны охотничий дворец в Налибокской пуще был взорван. До наших дней сохранились лишь кирпичные стены, привлекающие любителей истории и… мистики.

Интересно, что в древние времена урочище было сакральным местом и даже в ХIХ веке его продолжали называть "Ідалаў узлесак" (Идолова опушка). Более тысячи лет здесь стояло каменное изваяние, и на протяжении веков проводились таинственные обряды, связанные с летним и зимним солнцестоянием. Местные жители почитали урочище, несмотря на недовольство церкви и костела. Когда граф Тышкевич решил построить охотничий дворец, люди просили его не трогать идола. Но втайне реликвия все же была вывезена – говорят, после этого в урочище стали происходить мистические явления. А название Вялое возникло, когда приехавшие возводить дворец строители и даже их лошади словно пересекли невидимую границу – на время почувствовали себя обессиленными, сонными, вялыми. Сохранилось также предание о призраке женщины, который появился после выстрела графа и в дальнейшем был предвестником еще многих трагических событий – смертей, исчезновений, пожаров…

Во второй половине 1980-х в урочище на расстоянии около сотни метров от руин дворца охотников построили санаторий "Лесное" по весьма оригинальному архитектурному проекту, не похожему на типовые санатории тех времен. Скатные черепичные кровли и облицованные деревом открытые лоджии роднили постройку с традициями усадебного зодчества. Над лесом поднималась башня, увенчанная двойным флюгером: на одном конце был железный аист, на другом – василек с голубым стеклом в металлическом обрамлении… К сожалению, в середине 1990-х санаторий закрылся, и сегодня здание является заброшенным.

Ивенец: "Белый костел" монастыря францисканцев, красная неоготика и секреты "столицы гончарства"

Рядом с Налибокской пущей на краю Воложинского района расположен городок, который восхищает старинными ремесленными традициями и прекрасным архитектурным наследием. История возникновения Ивенца и появления самого названия, согласно легенде – настоящее чудо. Венок из прелестных цветов держала в руках Матерь Божья, некогда явившаяся людям и наказавшая основать город с именем от слов "венец", "венок". Другие версии связывают название также с преданиями о "венце", или с ивами, густо росшими на берегах реки Волмы ("ивинец" – место, где растут ивы).

Местечко Ивенец известно с XIV века как частновладельческое поселение Великого князя Литовского Витовта. Позже оно принадлежало внуку Ольгерда князю Андрею Владимировичу, в XVIII веке – Теодору Ваньковичу, Сологубам, с 1808 до 1884 – Плевако... Локация была удобной для торговли: Ивенец лежал на старой дороге между Минском и Вильно, что способствовало развитию ремесел и ярмарок.

В ХIХ-ХХ веках Ивенец называли "столицей гончарства". В лучшие годы здесь работали около двух десятков самобытных мастерских, а с 1955-го существует завод художественной керамики. От Варшавы до Санкт-Петербурга знали про "ивянецкую кафлю" (изразцы). Местные мастера из глины даже органные трубы создавали. Узнать здешнюю керамику было легко по характерному "полосатому" узору, который называли "фляндроўка". Роспись ("фляндр") делали на сырой глине: сначала наносили пигмент – зеленый, белый, черный, а потом "расчесывали" специальными гребешками.

Узнать больше об ивенецкой керамике и богатом наследии городка приглашает Музей традиционной культуры, который в наши дни является многофункциональным комплексом. Он включает историко-краеведческую экспозицию, где собраны редкие фотографии, книги, документы, предметы старины, а также оригинальный зал керамики, постоянную выставку работ корифея национальной резьбы по дереву Аполлинария Пупко. В центре ремесел при музее действуют гончарная и мастерская ткачества, кузница.

В сохранившихся постройках усадебно-паркового комплекса конца XIX века, принадлежавшего роду Плевако, работают музейный объект "Карчма" и экспозиция быта. На территории, украшенной деревянными скульптурами и беседками, можно отдохнуть под сенью старинных деревьев.

Поражают путешественников и архитектурные жемчужины Ивенца. Стоящий на высоком берегу Волмы костел Святого Михаила Архангела (1740–1749), который местные жители называют "Белым костелом", является восхитительным образцом виленского барокко. Базилика в форме латинского креста была возведена в ансамбле францисканского монастыря, и, несмотря на все исторические перипетии, хорошо сохранилась вместе с жилыми корпусами и частями ограды, в которую входят брама и круглая башня. Во время Великой Отечественной войны рядом с храмом монахи закопали колокол весом 1,2 т, чтобы немцы не вывезли его в Германию. Нашли реликвию лишь спустя десятки лет в 2006-м. В ХХI веке перед оградой у брамы появилась статуя Иисуса Христа с распростертыми руками: на фоне неба и башен храма эта скульптура выглядит особенно впечатляюще.

Недалеко от "Белого костела" возвышается красный неоготический костел Святого Алексея, построенный в 1905–1907 гг. Устремленный в небо фасад с башней‑колокольней и яркая кирпичная кладка делают его доминантой на выезде из поселка в направлении Ракова.

В центре Ивенца можно увидеть выразительную православную церковь во имя Святой Евфросинии (Полоцкой). Ее возвели в ретроспективно-русском стиле в 1998 году на месте деревянного храма, существовавшего с 1915 по 1952 гг. После разрушения от него уцелела лишь особо чтимая икона Матери Божьей Остробрамской.

На улице Школьной в Ивенце стоит одна из трех сохранившихся в Беларуси деревянных синагог. Она построена в 1912 году, по назначению давно не служит, но, безусловно, напоминает о важной части истории местечка. В начале XX века еврейское население составляло около 50% от общего числа жителей Ивенца.

Раков: шпионские тайны "столицы контрабандистов", старинные традиции керамики и музыки дударей, величественные храмы

Раков славен историей, которая касается и белорусского, и польского, и еврейского народов – здесь всегда был перекресток культур. Впервые в летописных источниках он упомянут в 1465 году, когда Казимир IV Ягеллончик даровал поселение канцлеру Великого княжества Литовского Михаилу Кезгайловичу. Расцвета городок достиг в XVII веке во владении магнатов Сангушек. В 1686-м здесь был основан доминиканский католический монастырь, в 1702-м – униатский базилианский. К сожалению, монастырские постройки не сохранились.

В 1701 году в соответствии с королевским постановлением местечко получило право на проведение еженедельного базара и двух ежегодных ярмарок. С середины XIX века здесь работали мануфактуры, мастерские по изготовлению сельхозмашин, мельницы, лесопильный, кирпичный и пивоваренный заводы. Раков славился самобытным гончарным промыслом: настоящие произведения искусства изготавливались искусными мастерами из высококачественной местной глины.

К концу XVIII века городок вошел в состав Российской империи, а в начале ХХ-го пережил все потрясения переломной эпохи. В 1920‑е годы, когда Раков оказался в приграничье присоединенной к Польше Западной Беларуси и БССР, его называли… "столицей контрабандистов". Здесь бурлила насыщенная жизнь: работали казино, рестораны и многочисленные магазины, совершались нелегальные сделки и разведывались секретные данные. Популярности городку добавил писатель – контрабандист и офицер польской разведки – Сергей Песецкий. Свои приключения в качестве шпиона он описал в автобиографическом романе "Любовник Большой Медведицы", который начал создавать, находясь в польской тюрьме. Больной туберкулезом автор был досрочно освобожден, а позже номинирован на Нобелевскую премию по литературе.

Песецкий работал на несколько европейских разведок, действовал под прикрытием контрабанды. Ночами через рубежи шли нелегальные караваны, и ориентиром в пути для них была Большая Медведица. На советскую территорию переправлялись предметы быта, модная одежда, из СССР тайно доставляли меха, золото, драгоценности. И, конечно, здесь перемещались люди. Спустя десятилетия – в 2019-м – на въезде в Раков недалеко от бывшей границы 1920-30-х был установлен памятный знак-камень с мемориальной доской, на которой изображено созвездие Большой Медведицы, светящееся в темноте.

Сегодня путешественников в Раков привлекают интересные архитектурные и культурные достопримечательности. В центре сохранились Спасо-Преображенская церковь 1793 г. и брама-колокольня, построенная в честь 25-летия отмены крепостного права в 1886 г. В храме, который стал примером архитектуры переходного периода от барокко к классицизму, находится список иконы Божьей Матери Раковской. В годы Первой мировой войны религиозные ценности, в том числе оригинал этой иконы, были вывезены и не вернулись. Если верить легендам, Раков – одно из шести мест в Беларуси, где на землю опускалась Матерь Божья.

Недалеко расположена высотная доминанта Ракова – костел Матери Божьей Руженцовой и Святого Доминика, построенный в 1904-1906 гг. в неоготическом стиле из желтого кирпича. Рядом с костелом сохранились фундамент старой почты и ледовня – фрагменты усадьбы Здзеховских, построенной в XIX столетии.

В Ракове расположены ставшие уже историческими кладбища: католическое, православное, еврейское (последнее – от середины XVII века). У входа на католическое в 1862 г. возвели ворота с колокольней и часовню в честь святой Анны. Существовало и униатское кладбище, остатки которого еще можно увидеть, – также со своими уникальными воротами.

Колоритное место Ракова – этнографический музей-галерея "Янушкевичи". Здесь собраны предметы разных эпох, а также одна из крупнейших в Европе коллекций рукотворной (не мануфактурной) керамики, насчитывающая около 1700 предметов. Древние документы, мебель, музыкальные инструменты, фрагменты слуцких поясов, которые когда-то ткали в Ракове, и многое другое – более 12 тыс. экспонатов.

В Ракове сохранилась возможность прикоснуться к древней традиции, занесенной в Государственный список историко-культурных ценностей Беларуси и претендующей на включение в Список всемирного наследия ЮНЕСКО, – культуре белорусской дуды.

Помнят в Ракове имя Иды Розенталь (в девичестве Каганович), которая родилась здесь в 1886 году. Эмигрировав в Америку, она стала портнихой, придумала современную модель бюстгальтера с раздельными чашечками и регулируемыми застежками, вместе с супругом и компаньонкой основала крупную компанию. Благодаря прогрессивным разработкам в конструировании женского белья, а также оригинальным маркетинговым стратегиям и ярким рекламным компаниям Розентали масштабировали бизнес и превратились в мультимиллионеров.

Ледниковый конгломерат Раковский

Недалеко от Ракова можно увидеть выступающий из земли ледниковый конгломерат, который был найден случайно при строительстве шоссе. Он представляет собой несколько крупных фрагментов песчаника, которые, согласно данным ученых, были принесены на территорию Беларуси 15 тыс. лет назад.

Этот памятник природы охраняется государством с 1988 года, является единственным в своем роде на территории Минской области. Объект расположен у шоссе Минск – Воложин с правой стороны, и проезжающие рядом путешественники обязательно заметят этого свидетеля древних эпох.

Где: Воложинский район, 53.972320, 27.078338

Вишнево: храмы надежды, родина нобелевского лауреата и президента

По легенде, на вишневом дереве местным жителям явилась Богородица, от чего возникло название поселения. Многие века известен и здешний святой источник, который стал местом паломничества для католиков и православных, а рядом выросли и костел, и церковь.

В исторических хрониках Вишнево впервые упоминается в 1583 году. Расцвет пришелся на вторую половину XVIII века, когда во владении Иоахима Литавора Хрептовича начали селиться евреи. В XIX веке местечко стало крупным производственным центром: рядом с металлургическим заводом (единственным такого типа на территории Беларуси, с первой доменной печью), действовали кирпичный, суконный, керамический, винокуренный заводы, водяная мельница, с 1866 года – кожевенный завод, а с 1886-го – спичечная фабрика.

И сейчас Вишнево есть чем удивить путешественников. Храм Святых Бессребреников Космы и Дамиана – памятник архитектуры ретроспективно‑русского стиля – построен в 1865 году. В народе подобные церкви называли "муравьевками": на территории Беларуси они возводились в период генерал‑губернатора Муравьева. Прекрасный иконостас храма –мозаика, собранная из мельчайших модулей. Лик Христа – точная копия мозаики собора Святой Софии в Стамбуле. В ивенецкий храм стремятся пары, у которых долго не появляется ребенок – помолиться у иконы святых бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана, которые сами были врачевателями. Также в поддержку будущим родителям с Афона сюда привезена икона "Пояс Пресвятой Богородицы".

Католическая святыня Вишнево – костел Благовещения Девы Марии. В 1637 году инициатором его строительства стал Юрий Хрептович, который затем был похоронен в крипте храма. В советские годы костел продолжал действовать, благодаря чему хорошо сохранился интерьер, включая лепнину XVII века, резной деревянный алтарь XVIII века и росписи, которые создал знаменитый художник Фердинанд Рущиц.

Вишнево – место не только паломнического туризма, но и ностальгического. Здесь родился Шимон Перес (Перский) – известный политик и государственный деятель Израиля, дважды премьер-министр и девятый президент, лауреат Нобелевской премии мира. Когда Шимону было восемь лет, его отец (скупщик пиломатериалов) отправился в Палестину, а спустя три года за ним последовала жена (библиотекарь и учитель русского языка) с детьми.  После эмиграции Шимон Перес дважды бывал на своей малой родине в Вишнево – в 1992 и 1998 годах. И обязательно шел к сохранившемуся старому колодцу, чтобы напиться воды, вкус которой помнил с детства. В Вишнево родилcя и Нахум Гольдман – общественный деятель, один из лидеров сионистского движения, основатель и глава Всемирного еврейского конгресса.

Родом из Вишнево была талантливая белорусская поэтесса Констанция Буйло: песня на ее стихи "Люблю наш край, старонку гэту..." стала знаменитым признанием в любви к Родине. Здесь же родилась Владислава Станкевич (в замужестве Луцевич) – заслуженный деятель культуры Беларуси, супруга классика национальной литературы Янки Купалы, ставшая собирательницей и хранительницей наследия великого поэта.

Богданово: фрагменты родовой усадьбы и земля вдохновения живописца Фердинанда Рущица

Местечко Богданово известно со второй половины XVI века и названо по имени Богдана Сапеги. В 1653 году его владелицей стала Барбара Воллович, затем хозяевами были Пацы, Даниловичи, Чеховичи, а в 1839 году имение купил адвокат Фердинанд Рущиц – дед будущего известного живописца Фердинанда Рущица.

В конце XVIII – начале XIX века здесь была построена дворянская усадьба, однако до наших дней она практически не сохранилась: уцелели лишь фундаменты и подземелья хозпостроек, фрагменты старого парка. Но память в знаменитом художнике, которого считают своим белорусы, литовцы, поляки и французы, земляки хранят.

Фердинанд Рущиц появился на свет в 1870 году, а спустя почти 66 лет умер в родном Богданово и был похоронен на тихом сельском кладбище рядом с предками. Сегодня его могилу посещают туристы в рамках экскурсионных маршрутов. Именно на этой земле – в Богданово и соседнем Вишнево – Фердинад Рущиц написал свои самые известные полотна, многие из которых хранятся в мировых картинных галереях. Художественное образование живописец получил в Санкт-Петербургской академии искусств, звание профессора – в Кракове, в Вильно стал первым деканом нового отделения изящных искусств в возобновившем деятельность университете, а за организацию в 1921 году выставки польских художников в Париже награжден орденом Французского почетного легиона. Позже возглавлял Комиссию по охране памятников древности, много ездил по Беларуси и Литве, делая зарисовки старинных замков и усадеб.

Долгое время в Беларуси можно было увидеть лишь одно полотно мастера – "У костела" – в коллекции Национального художественного музея, а также авторские росписи на стенах костела в Вишнево. В 2015 году в корпоративной коллекции Белгазпромбанка появилось еще 4 произведения.

В 1844 году в Богданово был построен деревянный католический храм, который и изображен на знаменитой картине Ф. Рущица в 1899 г. Во время Великой Отечественной войны он сгорел, на его месте возвели новый деревянный, который разобрали в 1980-х. В 1999 году был выстроен уже третий храм Святого Михаила Архангела – из белого кирпича, и несмотря на современность, сегодня он выглядит весьма живописно. Окончательный облик костел обрел после масштабной реконструкции в 2017 году по проекту архитектора Алексея Еременко. Он кардинально изменил первоначально простое здание, соединив черты, характерные для необарокко, неоклассицизма и неоготики. Главный фасад с крыльцом и кованными перилами украшен ромбовидным окном над входом. Фигурный барочный фронтон имеет волюты (завитки в нижней части), замковый камень вверху, а также круглое окно, отсылающее к окну-розе из неоготической архитектуры. Фронтон венчает скульптурный образ Михаила Архангела. На пересечении основного объема и трансепта установлена колокольня под фигурным шатром, увенчанная католическим крестом.

Рядом с костелом построена отдельная башня-звонница. Храмовая территория ограничена каменным забором, на котором можно увидеть год его постройки – 1902. На территории также установлен памятник в честь знаменитого уроженца Богданово – Фердинанда Рущица.

Першаи: стилизаторская архитектура костела и память о священниках-мучениках

Достопримечательность деревни Першаи – костел Святого Юрия и Божьей Матери. Первое упоминание о здешнем храме относится еще к XVII веку, когда по распоряжению Юрия Радзивилла возвели деревянный костел. Позже его неоднократно перестраивали хозяева земель Тышкевичи, однако в одном из пожаров здание все же не уцелело и в 1930 году сгорело дотла. В 1933-м на средства Бенедикта Тышкевича начали возводить новый каменный храм, который освятили во имя Святого Юрия. Это был пример стилизаторской эклектичной архитектуры с элементами неоклассицизма и неоготики, что характерно для сакральных построек межвоенного периода.

В 1939 году настоятелем храма в Першаях стал ксендз Иосиф Ахиллес Пухала, викарием – Кароль Герман Стемпень. Молодых священников и монахов-францисканцев прихожане ценили за великодушие, милосердие, готовность всегда прийти на помощь. Когда в Ивенце в июне 1943 года началась партизанская операция против фашистов, священники отказались покинуть паству и скрыться от оккупационных властей. 15 июля 1943 года гестапо арестовало в Першаях более 200 человек. Их загнали в сарай и собирались сжечь. В селе Боровиковщина, после насмешек и издевательств, священников расстреляли. Через несколько дней люди забрали останки замученных францисканцев и похоронили у костела… Спустя десятилетия 13 июня 1999 года в день беатификации мучеников Второй мировой войны папа римский Иоанн Павел II провозгласил отца Ахиллеса и отца Германа блаженными.

После войны костел в Першаях долгое время использовался под разные хозяйственные нужды, а его реликвии не уцелели, кроме спасенного местным школьником образа Божией матери Скапулярия. В 1992-м храм вернули прихожанам и к 1995 году он был отреставрирован.

Православная церковь Анны Праведной в Першаях – это перестроенная в храм бывшая мельница. Лаконичное здание украсила луковичная главка, что придало ему черты ретроспективно-русского стиля.

Могила Винцента Дунина-Марцинкевича

Драматург, поэт, театральный деятель и просветитель, актер и искрометный юморист – своей многогранной деятельностью Винцент Дунин-Марцинкевич определил целую эпоху в процессе национального возрождения, оказав большое влияние на становление и развитие белорусской литературы и сценического искусства.

Он родился в 1808 в фольварке Панюшковичи на Бобруйщине. А в наши дни Могилевский областной театр драмы и комедии, который находится в Бобруйске, носит имя В.И. Дунина-Марцинкевича.

В 1840 году молодой автор покинул чиновничью службу и приобрел фольварк Люцинка на Воложинщине неподалеку от Ивенца, где обосновался и прожил около 40 лет. Здесь он ощущал себя дома – среди крестьян, чьи песни, речь и обряды навсегда запали в душу. Именно в Люцинке Дунин-Марцинкевич создал любительскую театральную труппу, где были заняты дети, домашние, друзья семьи и люцинские крестьяне, которые танцевали и пели хором белорусские народные песни. Пьесы для постановки будущий классик писал сам. Театр Дунина-Марцинкевича давал спектакли в фольварке и окрестностях, порой и в Минске.

Именно в имении Люцинка Дунин-Марцинкевич написал большинство своих произведений. Одно из них "Люцинка, или Шведы в Литве" связано с местной легендой, которая гласит, что некогда здесь был иезуитский монастырь, до основания разрушенный шведами за отказ монахов выдать свои богатства. Эти сокровища до сих пор не найдены, и спрятаны они где-то в окрестностях Люцинки.

Дунин-Марцинкевич изображал повседневные и этнографические особенности сельской жизни, поэтизировал духовную красоту, трудолюбие и нравственную чистоту крестьян. Основные произведения – "Вечарніцы", "Гапон", знаменитые комедии "Пінская шляхта", "Сялянка" ("Идиллия"), "Залёты"… Винцент Дунин-Марцинкевич – первый переводчик на белорусский язык поэмы "Пан Тадеуш" Адама Мицкевича.

В декабре 1884 года В.И. Дунин-Марцинкевич умер в своей усадьбе. Могила знаменитого драматурга, на которой установлен его бронзовый бюст, находится в 8 км от Люцинки – на кладбище деревни Тупальщина. Ее посещение включено в экскурсии по Беларуси, краеведческие и познавательные туры по Воложинскому району и Налибокскому краю.

Река Ислочь

Белорусская река Ислочь славится довольно быстрым течением, кристально чистой водой, в которой водится ручьевая форель, и живописными берегами с видами древней Налибокской пущи. Общая протяженность Ислочи составляет 102 км, и как раз на территории Воложинщины находится самая значительная ее часть: русло в пределах района составляет около 80–85 км. Извилистая и энергичная (насколько это возможно в равнинной Беларуси) река стала одним из самых популярных объектов водного туризма в стране, излюбленным местом для сплавов на байдарках. На берегах оборудованы туристские стоянки, есть много возможностей для активного отдыха на воде и на суше.